Одни писатели приписывают создание масонства коварству английской нации; другие видят его начало в Германии; третьи считают масонство наследием Ордена Тамплиеров; четвертые полагают, что оно естественно развилось из строительных союзов, постепенно утративших свое первоначальное ремесленное назначение; пятые видят его источник в древних египетских мистериях и т.д. Относительно самой сущности масонства существуют также различные мнения. Чаще всего ему приписывают характер философско-научного и благотворительного общества.

Однако нет ничего тайного, что не становиться явным, «великая тайна» франкмасонства, столь тщательно оберегаемая его руководителями, не избегла в этом отношении общей участи всех человеческих предприятий. Французские исследователи тайных обществ, посредством кропотливых изысканий, сумели найти правильный путь к решению запутанного вопроса. Они пришли к убеждению, что масонство должно быть рассматриваемо не как самостоятельное явление, возникшее в Англии 200 лет тому назад, а лишь как одно из звеньев непрерывной цепи тайных обществ тянущейся на протяжении веков.

1) Большинство тайных обществ, христианской эры возникли под, тайным или явным влиянием иудеев.

2) Учения тайных обществ христианской эры более или менее основаны на иудейской Каббале.

3) Тайные общества христианской эры стремятся разрушить религиозный, семейный, а потом государственный уклад тех народов, среди которых они возникают.

4) Целью этой разрушительной деятельности тайных обществ было и есть подчинение других народов сперва духовному руководству, а затем и господству иудеев.

Один из наиболее деятельных и ученых французских антимасонов Луи Дасте (псевдоним) издал в 1912 году небольшую брошюру, озаглавленную «Тайные общества и иудеи» («Les Sосіetes secretes еt lеs Juifs »). В брошюре этой, представляющей краткий очерк происхождения и сущности тайных обществ христианской эры, блестящим образом доказывается та основная мысль, что иудеи, являясь инициаторами тайных обществ христианской эры, имеют цель разрушение у других народов их религиозной, государственной и национальной организации.

Считая широкое распространение правильных сведений о тайных обществах жизненным вопросом для всех народов, которые дорожат своею религиею, своею государственностью и самобытностью, мы пришли, по примеру Луи Дасте, дать русским читателям обозрение тайных обществ и некоторых ересей христианской эры с точки зрения их иудейского происхождения.

Руководствуясь основною идеею нашего уважаемого французского единомышленника, мы в то же время значительно расширили рамки нашего исследования по сравнению с упомянутою брошюрою, а именно:

1) Движимые желанием дать по возможности, полную картину многовековой преемственности тайных обществ христианской эры, мы начинаем с краткого очерка иудейской Каббалы, переходим затем к ереси гностиков (первые века христианства) и доводим постепенно наше исследование до возникновения современного франкмасонства (начало XVIII века), не пропуская, по возможности, на протяжении этих долгих веков почти ни одной тайной организации, черпавшей свое учение прямо или косвенно из Гнозы и Каббалы.

2) Многие из указанных в нашем исследовании жидовствующих тайных обществ или вовсе не встречаются в трудах французских антимасонов, или же упоминаются лишь вскользь. Между тем, указанием на эти мало известные тайные организации вполне устанавливается не только идейная, но и историческая связь между франкмасонством и жидовствующими тайными обществами первых веков христианства.

3) Кроме того, мы выясняем роль иудеев и жидовствующих тайных обществ в подготовлении эпохи Возрождения, а также в подготовлении осуществлении великого раскола в католической церкви, т.е. так называемой реформации.

Тем не менее, приступая к обозрению ересей и тайных обществ христианской эры, мы спешим оговориться, что отнюдь не задаемся целью представить читателям всестороннее исследование истории, организации и деятельности этих ересей и тайных обществ. Наша задача проще и ограниченнее. Она заключается в том, чтобы, по мере сил, доказать:

I

В течение 19 веков различные ереси и тайные общества ведут подкоп под христианство и христианскую цивилизацию. Учения этих ересей и тайных обществ основаны более или менее на иудейской Каббале.

Для того, чтобы дать хотя бы поверхностное понятие о том, что такое Каббала, необходимо сказать несколько слов о тайных обществах языческой древности, главным образом, Египта, Ассиро-Вавилонии и Персии.

Эти тайные общества существовали в самом сердце языческих религий, и состав их ограничивался почти исключительно одними жрецами, которые в тиши своих храмов, под покровом тайны, трудились над открытием и изучением законов природы, над уразумением тайн мироздания, доискивались правильного понятия о Высшем Существе, о назначении человека и пр.

Можно предположить, что в начале не одни лишь корыстные и властолюбивые цели побуждали жрецов окружать себя таинственностью. Сохраняя в глубокой тайне свои научные и религиозные искания и неразлучные с ними сомнения и ошибки, языческие мудрецы руководствовались, быть может, отчасти государственными соображениями, полагая, что народу нужна религия, хотя и не совершенная, но вполне определенная и доступная его пониманию. Но с другой стороны и тайные религиозные учения жрецов, имевшие, как полагают, характер пантеизма, т.е. отожествляющие Бога с природою, не заключали в себе духовного начала, которое могло бы служить незыблемым основанием для нравственных предписаний и требований.

Л. С. Шмаков следующим образом характеризует тайные учения языческих религий:

Эти учения, в связи с ложью, обманом и лицемерием, лежащими в основе всякого тайного общества, приносили свои неизбежные плоды, которые отравляли прежде всего тех, кто их возделывал. Нравственность самих жрецов приходила в упадок, высокие первоначальные задачи предавались забвению, народные религии в их властных руках обращались в школу разврата и жестокости, где царили ритуальная проституция и кровавые человеческие жертвоприношения (последнее, впрочем, не везде; в Египте, например, человеческих жертвоприношений не существовало).

Стремясь в своих коллегиях научными путями проникнуть в тайну мироздания, жрецы в то же время, ради корыстных и властолюбивых целей, всячески поощряли развитие в народных массах грубейших суеверий, играли роль предсказателей, чародеев, заклинателей и кудесников, при том, конечно, на религиозной почве и являлись поэтому, не только в глазах народа, но и правителей, обладателями сверхъестественной силы и сверхчеловеческих знаний.

Израильские и иудейские мудрецы в разные эпохи ветхозаветной истории, во время пребывания в земле Халдейской, затем в Египте, а позднее в плену Вавилонском, и в эпоху победы Кира Персидского, не только бывали свидетелями могущественного влияния жрецов на государственные, общественные и частные дела, но, несомненно, познакомились и с тайными учениями, господствовавшими в тайных жреческих организациях.

Надо иметь в ввиду, что в эти тайные организации иногда принимались и люди других сословий и даже иноплеменники. Нет поэтому ничего удивительного, что сыны Израиля умели туда проникать.

Эта тайная организация, которую масонский историк Клавель называет сектою каббалистов, существует и по настоящее время и служит с самого возникновения христианства источником, многочисленных ересей и тайных обществ подрывающих религиозные и государственные устои христианских народов.

Иудеи утверждают также, будто Каббала есть не что иное, как объяснение св. Писания, которое без Каббалы было бы совершенно непонятно, так как состоит, главным образом, из аллегорий (иносказаний).

Вот та хитросплетенная сказка, посредством, которой тайное иудейское правительство держит в руках темные массы иудейского народа.

Что же касается тех высокообразованных христиан, которые с XV века начинают увлекаться Каббалою (Пико да Мерандолла, Рейхлин и вообще гуманисты, а позднее, Роберт Флудт, Лейбниц и другие), то это увлечение объясняется тем, что Каббала в их глазах являлась духовною сокровищницею древнейших цивилизаций мира.

Такой дикой чепухи иудеи, очевидно, не могли заимствовать от языческих мудрецов. Эта ерунда основана, вероятно, на том, что в первоначальных азбуках слова и буквы представляли изображения предметов видимого мира. Иудеи же из этого вывели, что не азбука создана в виде изображений видимого мира, а весь мир создан по образцу азбуки, притом исключительно еврейской.

Поэтому буквы еврейской азбуки, вообще, а те, из которых состоит имя Иеговы, в особенности, не только священны, но и обладают необыкновенною магическою силою. Путем различных комбинаций из букв, составляющих имя Иеговы или имен ангелов, а также из священных символических чисел люди, посвященные в тайны Каббалы, могут якобы оказывать влияние на светила небесные и на ангелов, а через это и на судьбу людей, а также предсказывать будущее и творить чудеса.

Тут уже начинается область колдовства и астрологии. Эта часть Каббалы заимствована от древних язычников, Сабеистов, потомков Хама, живших в Халдеи и поклонявшихся звездам, которые они считали одухотворенными. Согласно этому верованию, Каббала учит, что каждая звезда имеет своего духа или ангела, а каждый человек рождается под какою-нибудь звездою, которая вместе со своим ангелом имеет таинственное влияние на его судьбу.

Вообще, Каббала признает несметное количество разных духов, добрых и злых, мужского и женского полов, причем мудрецы Каббалы могут якобы не только вызывать этих духов и беседовать с ними, но и подчинять их, своему влиянию. Приемы, которыми при этом пользуются каббалисты, составляют целую науку магии или колдовства, входящую в состав Каббалы.

Врачебное искусство в Каббале представляет смесь действительно целебных средств с самыми нелепыми знахарскими приемами, заклинаниями или заговорами болезней, рецептами приготовления ядов, любовных напитков и пр.

Не даром св. Иоанн Златоуст воспрещал своей пастве пользоваться врачебным искусством иудеев. «Перетерпите мужественно вашу болезнь, — говорит он, — избегайте, отстраняйте от себя жидов. Они прикидываются самыми искусными врачами в мире, но все их врачебное искусство состоит из обмана, чародейства, амулетов и приемов, почерпнутых в магии».

Каббала учит также примешивать к лекарствам человеческую кровь и жир, приписывая им целебную силу против некоторых болезней, например проказы (болезнь, чаще, чем принято думать, поражающая иудеев). Фома Катемире в своем сочинении «Церковь и синагога» говорит, что у иудеев существует поверье, будто, от «постыдной болезни, которой они подвержены (проказа), единственным средством является употребление христианской крови».

Практическая магия предписывает, кроме того, пользование человеческой кровью и жиром не только при лечении, но и при совершении многих магических обрядов.

Каббала же рекомендует употребление человеческой крови как средство таинственного очищения и возрождения человека.

Таким образом Каббала, почитаемая правоверными иудеями более священною, чем Пятикнижие Моисея и Талмуд, требует человеческой крови. Этот факт, который следует особенно отметить, ибо он бросает свет на многовековую загадку ритуальных убийств, обвинение в коих тяготеет над иудеями с древнейших времен, о чем свидетельствует Библия и многочисленные судебные процессы в разных странах до нашего времени включительно. Ниже мы приведем прямые указания на допущение Каббалою ритуальных убийств.

Замечательно, что первая буква еврейской азбуки алеф составлена из этих же четырех букв, расположенных крестообразно, из чего каббалисты выносят, кощунственное объяснение креста. В этой букве они видят изображение божественного человека Адама Кадмона, одну руку воздевающую к Богу, другую опускающего к Диаволу, примеряя в, себе доброе и злое начала, в чем заключается будто бы истинное призвание человека (непротивление злу).

Такое объяснение буквы алеф, которое Л. С. Шмаков заимскоторое Л. С. Шмаков заимствует у рабби бен Акибы, вполне логично, ибо алеф, хотя и представляет единицу, по начертанию состоит из четырех букв, составляющих слово Иегова (JIIVH), значение коего указано выше.

Изложенное выше толкование сокровенного смысла слова Иегова, принадлежащему самому выдающемуся из современных каббалистов доктору медицины, доктору Каббалы, главе ордена мартинистов Папюсу (в общежитии жид Эпкос), может до некоторой степени служить ключом к разъяснению чрезвычайно туманного учения Каббалы о Высшем Существе и происхождении вселенной.

Бог, по воззрению каббалистов, есть предвечная, бесконечная Сущность — Эн-Соф и вместе Сущность всего существующего, всеобъемлющее Все. По первоначальной Своей природе Бог бессознателен, Сам не сознавал даже собственного Своего существования и не ведал Самого Себя.

Первые десять сефиротов именуются следующим образом: Корона, через него бесконечное освобождается от конечного и становится самим собою. Из Короны одновременно возникают Разумение, начало мужское, и Мудрость, начало женское; они рождают Сына — знание, который, впрочем, не имеет отдельного существования. Корона, Разумение и Мудрость образуют первую нераздельную троицу, под которой разумеются, безусловно-единое, бытие, вечный разум, творческое слово. Из Мудрости истекают два следующие сефирота: Милосердие или Великодушие и Сила или Строгость, которые объединяются в Красоту и составляют с нею вторую неделимую троицу. Далее идет третья троица из Победы или Вечности, Славы и Первоосновы или принципа зарождения. Десятый сефирот Царственность означает видимое бытие в природе и являет собою верховную гармонию, в которой сочетаются все предыдущие сефироты.

Мания величия, свойственная иудейскому племени, и стремление навязать всему миру идею о своем духовном превосходстве над другими народами, нашли себе применение и в этом туманном учении. Так, шесть из десяти первых сефиротов или атрибутов Божества олицетворены различными выдающимися лицами из истории Израиля: Милосердие — Авраамом и Аароном, Строгость — Исааком, Красота Иаковом, ІІобеда — Моисеем, Царственность — Давидом; остальные четыре сефирота пребывают, как выражается А.С. Шмаков, в отвлечении.

Из приведенного толкования каббалистами слова Иегова мы уже могли получить некоторое понятие о том, на чем построено в высшей степени запутанное и неудобопонятно изложенное учение Каббалы о Божестве и вселенной. Приведем еще несколько более подробных разъяснений.

«Первоначальное вещество души всего существующего, не полная сущность, первобытное небытие, вечная бесконечность есть естественная, всеобъемлющая и неизменная Причина всех форм и преобразований космических, астрономических, минеральных, животных, растительных и человеческих.

«Эта сущность существует сама в себе, сама собою и сама дли себя».

«Она вечна в том смысле, что не имея начала, она в то же время продолжается и никогда не перестает продолжаться».

«Она (т.е. первоначальная сущность или вещество) бесконечна в проявлениях своего бытия кои суть существа, порождаемые ею беспрерывно посредством раздвоения ее на два пола, — существа, число которых она беспрестанно увеличивает в количестве, не поддающемся никакому исчислению».

«Она всемогуща, потому что может произвольно сохранять, умножать, сокращать, уничтожать, или преобразовывать свойства своих проявлений».

«Из всех своих многообразных проявлений она избрала человека, или, лучше сказать, совокупность всех человеческих свойств ,чтобы в нем (в человеке) выразить и соединить совокупность всех своих проявлений».

«Из человеческих свойств она избрала область разума, чтобы познать самое себя, область воли, чтобы проявит все свои возможность, область чувственную, чтобы наслаждаться сама собою в вечно новом счастье».

Сопоставим все эти разъяснения с приведенным выше учением Каббалы об Эн-Софе и его сефиротах, тогда нам станет ясно, что именно разумеют каббалисты под Высшим Существом, Первопричиною всего существующего.

Это запутанное и неудобопонимаемо изложенное учение Каббалы о Божестве и происхождении вселенной, по мнению А.С. Шмакова, «есть ничто иное, как пантеизм, хотя видоизмененный и туманный». Пантеизмом же называется учение, которое отожествляет Бога с природою.

Одним из выдающихся представителей этого учения является жидовский философ XVII века Борух Спиноза, который действительно развивает, взгляды, чрезвычайно схожие с учением Каббалы.

«Бог, — говорят каббалисты, — есть предвечная, бесконечная Сущность и вместе Сущность всего существующего, всеобъемлющее все». — «Бог, — учит жидовский пантеист Спиноза, — это абсолютная Бесконечность, это вечная Сущность, это все существующее и всякая Сила вселенной, а также вечная причина всего существующего». — «Бог по первоначальной Своей природе бессознателен», — учит Каббала. — «Бог не обладает самостоятельным сознанием», говорят пантеисты.

Учение это особенно пагубно тем, что из него не вытекает никаких нравственных законов, оно предоставляет человеку полную свободу отдаваться всем страстям и похотям его греховной природы. Если все — Бог, то нет ни греха, ни зла, все преступные дела и наклонности человека — суть лишь проявления Божества, и над человеком уже нет никакого Судии, кроме его собственного разума и сознания, так как бог пантеистов есть лишь соединение всех разумов и сознаний, а не Высший Разум.

Принимая же во внимание основную идею, на которой построен пантеизм, идею более или менее замаскированную высокопарными и туманными мудрствованиями Спинозы и других каббалистов, нельзя не признать, что из учения этого вытекает указанная нами свобода от нравственных законов, но более того — культ нравственной распущенности. Если арийские последователи пантеизма, вследствие большей духовности своей природы, не увлеклись чрезмерно этою именно стороною учения, и сумели до известной степени, одухотворить и очистить в своем представлении основную, весьма низменною идею пантеизма, то иудейские каббалисты разработали и развили эту идею до чудовищных размеров, и ветхозаветную заповедь — «плодитесь и размножайтесь» возвели в степень единственной религии и высшей истины, а выполнение ее в степень высшей добродетели.

Неуклонное повиновение воле этого божества почитается правоверными иудеями не только религиозным догматом, но и верным путем к заветной мечте избранного племени «наполнить землю и господствовать над нею».

Пантеизм, вместе с другими лжеучениями Каббалы проповедуется в тайных обществах и увлекает многих, официально именующих себя христианами, своею кажущеюся глубиною.

Весьма характерен способ, избранный иудеями-каббалистами для успешного одурачивания своих, единоверцев и христиан, которых они допускают к изучению Каббалы. Подобно тому, как в масонстве, обряды и символы имеют много различных толкований и смыслов, что позволяет масонским руководителям морочить «наивных» масонов, в Каббале указаны разнообразные приемы и способы для раскрытия сокровенного смысла св. Писания, дающее полный простор фантазии и произволу ученых каббалистов. Из этих способов наиболее замечательным является темура — или анаграмматическая перестановка букв.

Каббала же, как учение тайное, имеющее также божественное происхождение и, кроме того, самим Иеговою предназначенное лишь для немногих избранных, почитается правоверными иудеями еще священнее Талмуда.

Таким образом, св. Писание, книги Моисея и пророков, теряют всякое значение, ибо мудрецы Талмуда и Каббалы толкуют его по своему произволу и, с помощью изобретенных ими шарлатанских способов, применяемых к толкованию Закона, могут без труда все беззаконное сделать законным и в случае надобности находить в св. Писании оправдание самых преступных деяний.

Добавим к этому, что «жемчуг» и «прах», — философская идея, обрывки глубоких научных знаний и дикие заблуждения грубого язычества — все это нахватано жидам из древних сокровищниц языческих цивилизаций, все это подверглось жидовской обработке и предназначено исключительно на служение Израилю.

Действительно, Каббала в руках, тайного иудейского правительства была и остается не только могущественным средством, подчинения иудейской черни, но и пагубным орудием умственного, нравственного и идеологического развращения и порабощения христианских народов. Питаясь сам ядом туманного и мрачного учения Каббалы, иудеи отравляли и продолжают отравлять им христианские народы, которые дали у себя приют избранному племени.

II

За много веков до пришествия Спасителя, идея о мировом господстве жила и укреплялась среди иудеев под влиянием каббалистов. Толкуя писания Ветхого Завета согласно со своими вожделениям и планами, мудрецы иудейские внушали своему народу, будто Мессия, предсказанный пророками, будет земным царем, который не только освободит иудеев от чужеземного гнета, но силою меча уничтожит врагов избранного народа и отдаст в руки его скипетр всей земли. Признание Господа Иисуса Христа, пришедшего проповедовать Царство не от мира сего для спасения всех народов истинным Мессиею, грозило крушением всех веками лелеянных надежд и вожделений иудейского народа. Обманутые надежды мудрецов и руководителей иудейских — вот источник их ненависти к христианству.

Гностических ересей существовало очень много, так как каждый более или менее даровитый гностик составлял свою систему, но в основе всех этих систем все же лежало туманное учение Каббалы, так или иначе видоизмененное.

Мы особенно настаиваем, на том, что полного тождества с Каббалою нельзя искать ни в гностицизме, ни в учениях прочих тайных обществ. Цель иудеев — инициаторов лжеучений, направленных против христианства и других неиудейских религий, заключалась не в том, чтобы посвятить чуждые им народы в свою тайную премудрость, а в том, чтобы разрушить религиозные, общественные и государственные устои этих народов и подчинить их своему влиянию.

Руководствуясь этой целью, иудеи — основатели и скрытые вдохновители тайных обществ и ересей — черпали из Каббалы основные идеи своих лжеучений, и затем каждый из них развивал и изменял добытый из этого кладезя лжи материал сообразно со своею фантазиею или же применительно к данным обстоятельствам. Так, например, гностики примешали к своим лжеучениям и некоторые идеи греческого философско-религиозного мировоззрения, дабы сделать свои мудрствования более приемлемыми для греко-римского мира, к которому они, главным образом, обращались со своею проповедью. Таким образом, гностические ереси, во множестве появившиеся в первые века христианства, несмотря на значительные различия в подробностях, заключали в себе следующие основные черты:

Гностики учили о существовании двух миров, духовного — источника добра и света, и материального — источника зла и тьмы, причем понятие добра и зла они отожествляли с понятиями знания (гнозиса) и незнания. К гностикам в этом случае применимы слова апостола Павла, который говорит, что «знание надмевает, а любовь назидает» (Кор.VIII.1). Действительно, эти разрушители христианства, уча, что добро заключается не в любви и проистекающих от нее христианских добродетелях, а в знании, надменно взялись за непосильную для человеческого разума задачу дать безусловное разрешение всех вопросов бытия — о Высшем Существе, о мироздании, о происхождении зла и пр.

Последний из эонов, наиболее удаленный от Первоначальной Единицы, имел в себе зачаток материи и служил посредником между мирами духовным и чувственным. Этому-то эону, которого они называют и божественною Мыслью и Премудростью, обязан, по учению гностиков, своим существованием вес видимый мир с его Богом и ангелами, добрыми и злыми ибо деятельный эон не ограничился тем, что положил начало материальной жизни, но образовал еще из своей душевной сущности, некую низшую по сравнению с собою Силу — Димиурга (Творца Мира), который и создал весь видимый мир из первоначального вещества, заключающегося в упомянутом эоне.

Вышеизложенное уклонение некоторых гностиков от программы иудейских каббалистов не могло впрочем быть существенною помехою делу разрушения, предпринятому Темною Силою. Гностические ереси, каково бы не было их направление, все же исполняли главное свое назначение: они отвращали многие колебавшиеся умы от истинного христианства и несказанно усугубляли тяжесть положения Церкви Христовой, переживавшей в ту пору жестокие гонения от язычников, подстрекаемых теми же иудеями.

Кроме того, гностическая проповедь полной свободы от всяких нравственных законов приводила к потрясению всех основ семьи, общества и государства. Мы неоднократно приводили свидетельства св. Иринея о крайней нравственной распущенности гностиков, бывшей естественным и неизбежным следствием их лжеучений.

Иудейские каббалисты, проповедуя свободу от законов и отвращая людей от заповедей Творца мира под тем предлогом, что исполнение этих заповедей ведет к порабощению человека, сами порабощали и дух и тело совращенных ими с пути истины, и человеческие пороки и страсти являлись, таким образом, в руках сынов Иуды вернейшим орудием борьбы с христианскою Церковью.

Действительно, широкое распространение гностицизма с большою вероятностью может быть объяснено именно этой проповедью всяких свобод. Неудобопонятное, туманное и крайне сложное учение гностиков о Божестве и вселенной вряд ли могло привлечь много последователей, но перспектива оказаться существом высшего порядка, которому все дозволено и для которого закон не писан — такое потворство низменным страстям, несомненно, многих могло соблазнить и отвратить от высокого и строго нравственного учения Спасителя.

В чем же заключались эти «высокие понятия», это «высшее знание»?

Во-первых, совершенно очевидно, что гностики не признавали личного и сознательного Бога, так как их Димиург никак не подходит к этому понятию, будучи, по своему неведению, ниже тварей, им созданных, что между прочим, является логическою несообразностью. Но если мы примем во внимание, что Димиургом у гностиков назывался Бог иудеев, а также вспомним что кощунственное объяснение, которое каббалисты — отцы гностиков дают одному из имен этого Бога (Иегова), то тогда станет понятным, что такое их Димиург, и почему он, по своему неведению, стоит ниже своих созданий. Тогда и распущенность нравов, характеризующая гностиков, приобретает значение культа неведомого и не ведающего самого себя бога и является продолжением древнего культа Молоха и Астарты (см. глава I).

Что же касается их Глубины, или Первоотца, или Первопричины, то она есть ничто иное, как та бесконечная, вечная, всеобъемлющая Сущность или Первоначальное Вещество (материя), заключавшее в себе начало всего существующего, которое каббалисты именуют Эн-Софом, и из которого, через первоначальное различие полов, образовалась вся вселенная (см. глава I).

Нелепо и туманно изложенное учение о Глубине, эонах, Плироме и пр. в его буквальном смысле предназначалось только для тех принимавшихся без разбору членов секты, которых имелось в виду лишь отвратить от истинной Церкви. Сокровенный же смысл этого учения, «высшее знание» — гнозис, раскрывалось лишь «избранным».

Поэтому кощунственные измышления гностиков и о Димиурге (Творце мира) и диаволе, происшедших от одной Матери, имели значение только для «наивных» гностиков, разрушая в их сердцах веру в Единого Истинного Бога; «избранные» же, конечно, не верили ни в Димиурга, ни в диавола и видели в них лишь аллегории.

Мы видим ту же систему в масонстве, где в нелепых обрядах и символах заключается сокровенный смысл, для раскрытия которого масонам особенно рекомендуется изучать древних гностиков.

Из всего вышеизложенного вытекают следующие положения:

III

Гностические секты, как мы указывали в предыдущей главе, существовали открыто до V и даже до VI века. Но уже в III веке увлечение гностицизмом, под влиянием разоблачений отцов Церкви, стало значительно ослабевать. Однако, Темная Сила, стремившаяся подчинить мир влиянию иудеев, не допустила окончательного уничтожения гностицизма, этого орудия, созданного ею для борьбы с Церковью Христовой. Под ее руководством отживавшие гностические ереси возродились в несколько иной форме, под новым наименованием и на новом театре действий.

Жидовствующая секта Мандаитов, из среды которой вышел Манес жила, как полагают, еще за несколько веков до Р. X. к югу от Вавилона, где жалкие остатки ее существуют и теперь, сохраняя неприкосновенным свое древнее учение и свою почитаемую ими священную литературу. Возникновение каббалистической секты Мандаитов в Вавилонии вполне объясняется тем, что страна эта еще со времен Навуходоносора, уведшего в плен народ иудейский, стала для избранного племени вторым отечеством. Под персидским же владычеством иудеи в Персии, а особенно в Вавилонии пользовались почти полною автономиею. Иудейские мудрецы ревностно предавались там составлению и изучению Каббалы, а политические вожди иудеев Князья Изгнания занимали самые почетные места среди сановников персидских монархов.

Знатоки Каббалы и религий Востока, Бабелон и Франк, утверждают, что секта Мандаитов соединила в своем учении суеверие Халдеев с идеями и верованиями, почерпнутыми из Библии, Талмуда и иудейской Каббалы; что книги Мандаитов написаны на арамейском языке, бывшем в эпоху рождения Спасителя разговорным языком иудеев, наконец, что само название Мандаитов происходит от сирийского слова Манда, что значит знание, гнозис. Мы видим как мало нового изобретают иудеи в предпринятом ими деле иудаизации человечества: их Каббала означает знание; название еретических сект, созданных иудеями в первые века нашей эры для борьбы с христианством, происходят от греческого слова гнозис — знание; наконец, название основанной ими до Р. X. в Вавилонии каббалистической секты Мандаитов происходит от слова Манда — тоже знание. Поистине ничего нет нового под солнцем.

В конце I века нашей эры секта Мандаитов получила новую дозу иудейекого яда, в виде реформ, внесенных в нее иудеем Елксаем. Реформы эти были произведены с очевидною целью предупредить возможное обращение Мандаитов в христианство, которое уже начинало распространяться в пределах тогдашней Пер- сии (Вавилония тогда входила в состав Персидской монархии). Совершенно устраняя Господа Иисуса Христа, Елксай провозгласил истинным спасителем мира Его предтечу Иоанна Крестителя и ввел среди Мандаитов, вместе с некоторыми верованиями иудейской секты Ессеев, обряд крещения. После этой реформы, Мандаиты в своих книгах часто называют себя Назареями, от города Назарета, а также Елксаитами и Баптистами (крещенными).

Среди этой-то жидовствующей секты Мандаитов или Баптистов сто с лишним лет после Елксая появился Манес, которому предназначено было Темною Силою выступить против христианства с объединенными лжеучениями языческого мира, иудейской Каббалы и гностических сект. Проведя юность в среде Мандаитов, Манес затем принял христианство и даже был пресвитером в Агваце, но за еретические свои воззрения был отлучен от Церкви и бежал к своим единомышленникам Мандаитам. С этого момента начинается роль Манеса, как основателя якобы новой религии, которой предназначено было не только противостоять христианству, но явиться причиною великой религиозной и политической смуты в самом персидском государстве.

В Персидской монархии незадолго до этого времени произошел важный политический пере ворот: было свергнуто с лишком четырехсотлетнее владычество Парфян и восстановлена национальная династия Сассанидов (в 226 г. по Р. X.). Переворот этот вызвал в Персии большой подъем национального чувства, выразившийся между прочим в ожесточенном преследовании иудеев, а также в попытке восстановить в первобытной чистоте древнюю национальную религию Зороастра.

Что касается первого явления, то иудеи, издавна во множестве осевшие в пределах Персидской монархии, особенно в Вавилонии, и пользовавшиеся самым благосклонным отношением со стороны парфянской династии, скоро нашли способ смягчить сердца и новых персидских монархов; второй из них Сапор I (240 — 261) уже относится к ним с полною благосклонностью.

Не так обстояло дело с религиозным вопросом. Монархи и часть магов (жрецов) мечтали о восстановлении во всей чистоте религии Зороастра. Другая часть магов и большинство населения отстаивали господствовавшую в то время в Персии, смешанную из халдейских и иранских верований религию, в которой к дуализму Зороастра примешивалось еще третье божество Митра, бог Солнца — посредник между верховным богом и людьми. Наконец, христианство начинало также проникать в пределы персидского государства и привлекать наиболее возвышенные умы.

Этим-то смутным временем умело воспользовалась Темная Сила иудейства. Ставленник ее Манес явился тою палкою о двух концах, которая ударила с одной стороны по нарождавшемуся в Персии христианству и остановила его распространение в этой стране, с другой — по религии персов, создав, вместо необходимого единства, раскол и смуту, которые через четыре столетия завершились окончательным развалом Персидской монархии.

Хотя Манес был отлученным от Церкви христианином и ввел в свое учение некоторую примесь искаженного христианства, тем не менее в манихейство надо видеть скорее попытку создания новой религии, нежели ересь христианской Церкви. Явившись в деле борьбы с христианством преемницею гностических сект, манихейская ересь поставила себе задачу более широкую, чем эти последние. Задача эта заключалась не только в борьбе с христианскою проповедью, но также в распространении иудейского влияния на страны, еще не тронутые христианством. Учение Манеса, как мы указывали выше, проникли даже в Китай и Индию, где впрочем проповедь их не имела, насколько известно, широкого распространения. Зато в обширных владениях тогдашнего персидского государства и Римской Империи манихейство быстро распространилось и приобрело громадное число последователей. Казнь Манеса не спасла Пepcию от плодов его проповеди. Учение его уже успело пустить корни в этой стране, и манихейство не только существовало там в течение многих веков, но положило начало многочисленным новым сектам политического и религиозного характера, которые историк Таммер справедливо называет революционными. Действительно, под учениями этих сект могли бы, не колеблясь, подписаться все современные революционеры. Так, происшедшая от Манихеев и наиболее распространенная в Персии в VII веке секта Мастеков проповедывала всеобщее равенство и свободу, уничтожение всех религий, отрицание собственности и брака, как религиозного и государственного установления. К этой анархической секте принадлежали многие влиятельные сановники и даже один из царей персидских, Кобад. Революционные секты, проповедовавшие в Пepcии те же жидовские идеи, которые на наших глазах разрушают государство за государством, довели Персию до состояния полного развала и анархии и облегчили завоевание ее арабами в 652 году.

Частица христа, поглощенная материею и ставшая Душою Мира, называется также «страждущим Иисусом». Другая же часть его, оставшаяся свободною от материи, называется «бесстрастным Иисусом» и помещается в солнце, подобно языческому Митре. Для освобождения своей страждущей половины, томящейся в узах материи, «бесстрастный Иисус» дважды сходит на землю, один раз — в образе змея и научает человека вкусить от древа познания, другой раз — принимает вид человека-Иисуса и открывает людям их божественное происхождение, а также учит их, как освободиться от материи. Апостолы, как люди, в которых материя берет перевес над духом, извращают учение Спасителя. Христос, предвидя это, обещает послать после Себя Духа-Утешителя и посылает его в лице Манеса, который возвещает людям истинное знание. Душа же Иисуса снова соединяется с Солнцем, куда должны переселиться и души избранных, очищенные после многих перевоплощений и пребывания на звездах и луне.

Душа Мира, т.е. частицы «бога света» находятся, по мнению Манихеев, не только в человеке, но и в животных, и в растениях, и во обще ко всей природе. Эта чисто пантеистическая теория в практическом своем применении доводила Манихеев до крайних пределов нелепости. Так, они полагали, что мертвая природа заключая в себе Душу Мира, была подвержена ощущению страдания подобно живым существам, и потому многие Манихеи считали преступлением сорвать растение, разрезать плод и проч. Но так как, с другой стороны, нечистая и злая их материя все же требовала питания, то прежде, чем съесть хлеб, Манихеи обращались к нему со следующею речью: «Не я тебя жал, не я молол, не я месил, не я пек, я не повинен в твоих муках и страстно желаю, чтобы виновники твоих страданий претерпели еще горшие муки». Другие же, более утонченные Манихеи полагали, наоборот, что приготовляя пищевые продукты и съедая их, они освобождают частицы «божества», заключенные в материю, и помогают им вернуться в их первоисточнику.

Манихеи осуждали занятие земледелием, так как оно причиняло бесчисленные страдания. Осуждали брак и деторождение, так как это способствовало удержанию духа в узах материи, но допускали в то же время на этой почве распущенность нравов в пределах, исключающих по возможности рождение потомства.

Мы видим, что Манихеи искусно соединили в своем учении все идеи, поныне служащие к разрушению христианской религии, государства, семейных и общественных установлений. Единому Богу — Творцу мира они противопоставили двойственное божество с его божественными силами или истечениями, состоявшее из света и мрака, добра и зла, духа и материи — персидский дуализм и иудейская Каббала. Они обоготворили творение Единого Бога — грешного человека, бессловесное животное, бездушный камень, словом, всю природу, производя ее от смешения двух якобы противоположных, но равно божественных начал — пантеизм.

Признав материю «богом», хотя и злым, во что обратили они дух, т.е. своего «доброго бога»?.. Они поместили его в солнце, как в источник света. Но солнце для нас является источником света не духовного, а материального. Не есть ли поэтому их дух или «добрый бог» та же материя, но лишь менее грубая, невидимая для глаз и неосязаемая? Нам пришлось не так давно слышать объяснение этого рода на лекции об оккультных науках некоего Лемана (псевдоним Астарта). Скучнейший и бездарнейший лектор этот высказал, между прочим, следующую мысль, до которой дошел, конечно, не своим умом: «Душа Мира это мозг Бога, это эфир или флюид, который, проникал во всякое тело природы, служит проводником тепла и электричества; это то, что некогда Парацельс (алхимик и каббалист XVI века) нашел на дне своей реторты». Вот тот, чисто материалистический смысл, который каббалисты, пантеисты, гностики, манихеи, франкмасоны придают понятиям Бог, Дух, Начало Всего, Душа Мира.

Наконец, рядом с обожествлением материи, Манихеи, подобно гностикам, для привлечения христиан, использовали и идею о божественности Христа, дерзновенно и чудовищно исказив ее. Так, по их учению, Господь Иисус Христос дает жизнь материи и становится Душою Мира, созданного диаволом, — и в то же время кощунственно отожествляется со Змеем-искусителем, научившим первого человека вкусить от древа знания.

Вместе с безбожием, облеченным в туманные и мистические формы, социалистическая и анархическая идеи составляли, как мы видели, основание учения Манихеев.

IV

Попытка иудеев создать новую религию не увенчалась, как мы видели, успехом, так как манихейская ересь, после падения Западной Римской Империи и после завоевания персидской монархии арабами, продолжала существовать лишь как тайное учение некоторых сект, и как таковое перешла в секты и тайные общества позднейших времен.

Но иудеи не удовольствовались этими результатами. Идеи о создании, в противовес христианству, новой религии, могущей не только привлечь народные массы, но и подчинить их иудейскому влиянию, неотступно преследовала руководителей избранного народа. В период между V и X веками, пока арийский мир, омываемый потоками крови, возрождался к новой жизни, пока распадалась и гибла мировая держава Рима, а на развалинах ее возникали тоже арийские, но молодые и полные свежих сил государства — в эту смутную и суровую эпоху иудеи перенесли главный центр своей деятельности на восток — в счастливую Аравию. Здесь в конце VI века замысел Темной Силы о создании новой религии в противовес христианству получил, наконец, свое осуществление. В 571 году родился Магомет, которому суждено было стать основателем этой новой религии, не только огнем н мечом покорившей многие народы и страны, но ставшей источником величайших бедствий для христианской Церкви и христианских государств.

1) В эпоху рождения Магомета лучшая часть Аравии, Йемен — так называемая счастливая Аравия, лежащая вдоль Красного моря, была очень сильно заселена иудеями. «Около 530 года, говорит иудей Бернар Лазар, — весь Йемен был иудейским.

2) Влияние иудеев в Аравии было настолько сильно, что существовали целые арабские племена, принявшие иудейство и вождями их нередко бывали чистокровные жиды. Между прочим, воинственное племя Бену-Кинанал, родственное Корейшитам, из племени которых происходил Магомет, исповедывало иудейскую религию.

3) Мать Магомета была крещеная еврейка [ 61 ], которая с детства внушила сыну почитание иудейских пророков и Иисуса Христа.

4) Наконец, преобладающая идея магометанской религии, которая подняла ислам и обрушила его, подобно огненному и железному потоку на языческий и христианский мир, которая зажгла многовековую, неутолимую вражду между христианами и магометанами — есть идея чисто иудейская, это идея о земном царе — Мессии, которому свыше предназначено владычество над миром. Только у правоверных мусульман таким Мессиею был величайший в их глазах пророк Единого Бога Магомет, после смерти которого преемники его почитались лишь исполнителями его завета — покорения мира правоверными.

Первая часть этого плана удалась блестяще. Не считая того, что по свидетельству иудея Бернара Лазара, в самой Аравии возникновение ислама сразу и окончательно положило предел христианской проповеди, магометанская религия именно благодаря внесенной в нее иудейской идее о мировом владычестве, явилась могущественною соперницею христианства и остается таковою до сих пор.

Что же касается покорения мира влиянию иудеев именем Магомета, то в этой части иудейского плана избранному народу предстояло великое разочарование. Во-первых, Магомет, хотя и внес в ислам иудейскую идею о Мессии — земном царе, которому должно было принадлежать владычество над миром, но таким Мессиею провозгласил самого себя и заранее объявил, что после него другого пророка не будет. Этим определением Магомета, отвергавшим грядущего иудейского Мессию, наносился удар иудейским вожделениям о мировом господстве. Интересы иудейства и ислама становились диаметрально противоположными. Последователи ислама готовы были вести священную войну против всего мира, но не в пользу иудеев, а во имя Аллаха и Магомета. Последствия этого коренного раскола между иудейством и исламом не замедлили проявиться.

Когда Магомет, верный своему призванию, попытался обратить в ислам арабских иудеев, а эти последние, всегда готовые разрушать установления чуждых им народов, но сами сильные лишь своим консерватизмом, отвергли проповедь пророка, то созданное ими орудие обратилось против них. Не только арабские иудеи были изгнаны из пределов Аравии Магометом и его приверженцами, но и до сих пор мусульмане всех стран продолжают ненавидеть и презирать иудеев.

«Джифа-бен-джифа» (падаль, сын падали) есть презрительное название, применяемое арабами к иудеям. Это враждебное отношение к иудеям проникло и в Коран, о чем свидетельствуют следующие цитаты:

«Когда иудей дает клятву, то она ложна» (Коран, гл. VIII, ст. 15).

«В день, когда Аллах их воскресит, они станут клясться, как клянутся теперь перед нами, что всегда были верующими... О, какие это лжецы» (Коран, гл. VIII, ст. 18).

«Ни их богатства, ни их дети не оправдают их в очах Всемогущего; они будут жертвами вечного огня» (там же).

«Сатана овладел ими и заставил их забыть Аллаха. Они приверженцы сатаны, но сатана должен погибнуть» (Коран, гл. VIII, ст. 20).

Они способствовали успехам магометанского оружия, дабы снискать благосклонность победителей или нанести ущерб христианству. Так, по словам иудея Греца, «завоевание Персии арабами произошло при сильном содействии иудеев». Позднее те же иудеи способствовали победам арабов в Испании.

С другой стороны, желая ослабить враждебный им ислам и разрушить его единство, иудеи прибегли к средству, испытанному ими в борьбе с христианством. Средством этим был раскол, искусно внесенный в ислам и выразившийся не только в разделении религии Магомета на две ветви, но и в возникновении тайных обществ и сект, прикрывавшимися именем Магомета и его потомков, но по существу столь же враждебных исламу, как гностическая и манихейская ереси были враждебны христианству. Персидский историк Макризи, которого цитирует Гаммер, указывает, что после покорения Персии арабами иудейские тайные общества стремились погубить ислам, завлекая в свои сети последователей Магомета и проповедуя между ними свободомыслие, распущенность нравов и тайные учения, направленные против религии и монархии. Тайные учения эти, подробно изложенные историком Гаммером, носят несомненный отпечаток иудейской Каббалы и манихейства. Эту разрушительную проповедь нельзя объяснить враждою побежденных персов к победителям арабам, так как мы видели, что еще до завоевания Персии арабами те же персидские (в действительности жидовствующие) тайные общества Мастеков и прочих отраслей манихейской ереси вели тот же подкоп под национальную религию персов.

Тут дело не в исламе и не в религии Зороастра, тут ярко выступает завистливая ненависть иудеев к гоям, способным оспаривать у них господство, стремление разрушить всякую национальную, государственную религию, которая дает крепость и единство неиудейским народам. Вот почему тайные общества, руководимые иудеями, разрушают сперва религию Зороастра, а затем, когда ослабленная их развращающею проповедью монархия персов подпадает, при .содействии иудеев, под владычество арабов, та же Темная Сила иудейства вооружается против ислама.

Иудей Альсода-Сабай искусно воспользовался смутою, возникшею в мусульманском мире по вопросу о наследии Магомета. Преемники пророка соединяли в своем лице высшую власть духовную и светскую, они назывались калифами, т.е. наместниками Божиими. В числе претендентов на наследие пророка был его зять Али, муж дочери Магомета Фатьмы, который вследствие различных интриг долго устранялся от калифата. После упорной борьбы, окончившийся убийством третьего из преемников пророка, Османа, калифат перешел к Али. Тогда один из его приверженцев иудей Альсода-Сабай использовал благоприятный момент, чтобы из чисто политического события создать целое религиозное движение, которое в своем дальнейшем развитии разделило мусульманский мир на два враждебных лагеря и послужило источником многовековой смуты и кровопролития среди последователей ислама.

Так получил свое начало шиитизм, основным догматом которого было почитание Али и его потомков и ожидание его вторичного пришествия.

Шиитизм утвердился, главным образом, в Персии, чему особенно благоприятствовали тайные общества, насажденные иудеями в этой стране еще до завоевания ее мусульманами. Потомки же Али, устраненные от калифата после его смерти, продолжали почитаться у шиитов единственными законными имамами, т.е. первосвященниками, наместниками Божьими на земле. Борьба за права династии Алидов была, как мы увидим, источником продолжительной кровавой смуты в мусульманском мире.

Учение шиитов значительно уклонилось от строгой определенности и незыблемости ислама, установленных Магометом.. Иудей Альсода-Сабай, внеся в шиитизм догмат о вторичном пришествии Али, подготовил путь иудейскому Мессии, устраненному из ислама мудростью Магомета. «Един Бог и Магомет Его пророк», после которого уже не будет других пророков — этот коренной догмат ислама был отброшен шиитами. Такое изменение само по себе было достаточною причиною возникновения из шиитизма многочисленных сект, из которых иудеи, искусно эксплуатируя веру в пришествие Али, сделали послушное орудие своих целей. Но иудаизация ислама этим не ограничилась. Значение Корана, как непосредственного божественного откровения, было подорвано, ибо шииты, внеся в ислам чуждые ему манихейские, т.е. каббалистические учения о переселении душ или о перевоплощении и пр., прибегли к аллегорическому толкованию Корана, дабы устранить несогласие догматов пророка с их учениями. Аллегорическое же толкование св. Писания, т.е. нахождение в нем сокровенного, таинственного смысла было, как мы знаем, излюбленным приемом иудейских каббалистов, с помощью которого они легко находили в св. Писании все, что им вздумается. Этот прием, с успехом примененный ими при насаждении гностических и манихейских ересей, послужил и при создании раскола в исламе.

Итак, часть мусульман уклонилась от строго определенных предначертаний Магомета и пошла по пути сомнений и свободомыслия, указанному ей иудеем Альсода-Сабай. Естественным результатом такого раскола было возникновение многочисленных сект, которые причинили мусульманскому миру больше бедствий, чем гностические ереси — христианской Церкви.

Измаилиты. Наиболее распространенною из шиитских сект была возникшая в начале IX в. секта Измаилитов, названная так по имени Измаила, одного из потомков Али. Подобно тому, как во второй половине VII века иудей Альсода — Сабай воспользовался именем Али, чтобы создать шиитизм, так в IX веке скрытые разрушители ислама воспользовались именем Измаила, чтобы из секты Измаилитов создать могущественное тайное общество, которое с IX по XIV век заливало кровью мусульманский мир, разрушало ислам своим основанным на Каббале учением, а во время Крестовых походов имело развращающее влияние на христиан, в особенности на знаменитый рыцарский Орден Тамплиеров.

Луи Дасте, ссылаясь на арабских, персидских и европейских историков, утверждает, что превращение секты Измаилитов в тайное общество с чисто-каббалистическим учением, произошло под влиянием иудеев и во имя их тайных целей, и в подтверждение своего взгляда приводит следующие факты:

1) Реформатором секты Измаилитов в IX в был некий Абдаллах сын Маймуна, выдававший себя за перса, родившийся и живший на юге Вавилонии, переполненной в то время иудеями, в городе Агваце, где некогда проживал основатель манихейства Манес.

2) Абдаллах происходил из семьи, несколько поколений которой принадлежало к гностической секте Бардезана.

3) Отец Абдаллаха, заподозренный правоверными мусульманами в еретичестве, бежал в Иерусалим, где занимался оккультными науками и изучением Каббалы и языческой философии.

4) Абдаллах, воспитанный под руководством отца-каббалиста, внес в учение Измаилитов чисто каббалистические идеи.

Вышеизложенные указания сами по себе довольно знаменательны, но существует один исторический факт, еще более убедительно говорящий об иудейском происхождении тайного общества Измаилитов. К этому факту мы вернемся в дальнейшем изложении, а пока скажем несколько слов об учении и организации Измаилитов.

Основным догматом измаилитов была вера в пришествие Махди, т.е. посланника Божия, который должен был установит на земле царство справедливости. Руководители привлекали в свою секту не только мусульман, но христиан и иудеев, причем мусульманам представляли грядущего Махди, как Измаила, потомка Али, иудеям — как истинного Мессию, а христианам — как ожидаемого Спасителя. Измаилиты хранили свое учение в глубокой тайне, и посвященные обязывались страшною клятвою не выдавать секретов секты. У них было девять степеней посвящения, причем Измаилиты низших степеней твердо верили в грядущего Махди и готовы были сражаться до последней капли крови во имя его будущего владычества. В высших же степенях членам секты постепенно открывался сокровенный смысл учения, заключавшийся в отрицании всякой религии, в полной свободе от всяких законов, в признании человеческого разума единственным действительным богом. Для вполне посвященных членов секты грядущее «царство Измаила» было лишь аллегориею, означавшею царство знания (гнозиса) и свободы. Этою каббалистическою двойственностью учения, присущего всем тайным обществам, руководимым иудеями, секты ислама коренным образом уклонились от религии Магомета, учение которой было для всех одинаково и не содержало никаких тайн, недоступных для всех верующих.

Действительно, в начале X века секте Измаилитов удалось не только завладеть всею северною частью Африки, но и установить там свою династию Фатимидов, названную так в честь Фатимы, дочери Магомета жены Али.

Но поразительнее всего то, что первым калифом этой династии был чистокровный иудей по имени Обайдаллах, и что Измаилиты низших степеней, которые являлись слепым орудием в руках заправил секты, ценою своей крови добывали престол этому иудею, видя в нем долгожданного Махди — посланника Божия и свято веруя, что они служат потомку Али и исполняют завет пророка.

Для сокрытия настоящего происхождения Обайдаллаха были приняты весьма энергичные меры, к числу которых относится поголовное избиение Карматами жителей города Саламеха, которые знали об иудейском происхождении Обайдаллаха, а также казнь многих вождей Карматов, которые наиболее содействовали своим оружием возвышению Обайдаллаха, но затем стали сомневаться в законности его прав. Несмотря на эти меры, ни багдадская династии Аббассидов, ни испанская Омеядов никогда не хотели признать Фатимидов потомками Али.

В течение 22-х лет Карматы, несмотря на предложения громадного выкупа, упорно отказывались возвратить святыню, говоря, что они исполняют приказ своего имама, который желает очистит религию Магомета от идолопоклонства.

Замысел иудея Обайдаллаха нанести смертельный удар исламу не увенчался успехом. Карматы, бывшие в течение столь долгого времени слепым орудием в руках Темной Силы, начинали догадываться, что служат не Али и не Измаилу, а каким-то чуждым им интересам, что привело к неоднократным попыткам с их стороны свергнуть столь долготерпимое иго. Поэтому внук Обайдаллаха, калиф Аль-Мансур вынужден был возвратить черный камень в Мекку, дабы этим актом великодушия и терпимости упрочить собственное положение, становившееся шатким.

Династия псевдо-Фатимидов была уничтожена в 1171 г. новым завоевателем Саладином, знаменитым противником Крестоносцев.

Мы остановились с такою подробностью на истории псевдо-Фатимидов потому, что она представляет частичное осуществление мечты иудеев о владычестве их над чуждыми народами. Правда, владычество это не было мировым, но все же в течение 250 лет иудеи тайно управляли всем севером Африки в лице Мессии — Обайдаллаха и его потомства.

Союз убийц. Когда потомки Обайдаллаха начали постепенно терять свое обаяние в глазах порабощенных ими воинственных масс Карматов, и это могущественное орудие грозило ускользнуть из-под влияния иудеев, на сцену была выдвинута новая организация — знаменитый тайный союз Ассасинов или убийц (Союз убийц назывался собственно “Гашишим” от гашиша, опьяняющего напитка который употребляли его члены. Западные народы переделали это название в ассасин — убийца), который в течение двухсот лет наводил ужас на всю Азию, и имя которого со страхом произносилось даже в Европе.

Основателем тайного союза убийц был некий шиит Гассан, родом из Хорасана, который родился в 1056 году, а умер в 1134 году.

Гассана следует, впрочем, считать не столько основателем нового тайного общества, сколько реформатором уже существовавшей секты Измаилитов, которой он придал новую мощь, введя в нее строго продуманную организацию и железную дисциплину. Гассан выступил сперва в роли защитника династии Фатимидов против враждебных ей багдадских калифив, но как только объединил вокруг себя достаточные силы, стал действовать самостоятельно и привлекать последователей именем невидимого Имама, которому предназначено было владычество над миром и который непременно явится когда-нибудь сам, чтобы предъявить свои права. В ожидании же его пришествия члены секты должны были исполнять его заветы — бороться за его грядущее владычество и за веру. Мы встречаемся здесь опять с тем же масонством, отвергнутым Магометом, но настойчиво навязываемым мусульманскому миру иудеями во имя их тайных целей.

Организация и учение секты, изложенное Гассаном в особой Книге законов, были приспособлены к тому, чтобы сделать из нее могущественное и слепое орудие в руках их главы Шейх-Уль-Джебала, т.е. «Старца с горы», названного так потому, что союз владел возвышенными частями Сирии и Персии.

Замечательны умение и ловкость, с которыми организация союза убийц была приспособлена к темпераменту, нравам и понятиям пылких сынов Востока.

Так, для посвящаемых во 2-ю степень (которым давалось название «Федави» (название Федави сохранилось до сих пор. Революционеры, совершившие недавно государственный переворот называют себя, подобно древним убийцам Фидаями или Фидави), т.е. «жертвующие собою», и назначение которых заключалось в том, чтобы по первому знаку своего начальника беспрекословно и не колеблясь идти на верную смерть и совершать самые дерзкие преступления во славу грядущего Имама) была изобретена следующая система, имевшая характер какой-то фантастической восточной сказки.

Молодых людей, сильных, здоровых и доказавших свою решительность и мужество, до посвящения их в степень Федави, опаивали гашишем, одуряющим напитком из наркотических растений; затем их переносили в волшебные сады, устроенные специально для этой цели. Очнувшись от опьянения, молодые люди видели себя в настоящем раю Магомета. Их окружало все, что может льстить чувствам и чувственности человека. Тенистые рощи, журчание прохладных и светлых ключей, деревья, отягощенные прекрасными плодами, киоски и залы, убранные со всею роскошью Востока, манящие к отдыху и неге, восхитительная мелодическая музыка, и среди всего этого — обитательницы рая, пленительные черноокие гурии, предлагающие дивное вино в драгоценных сосудах, готовые исполнить малейшие желания счастливых смертных, попавших в этот рай.

Дав будущим Федави достаточно насладиться всеми описанными благами, их снова усыпляли и переносили на прежнее место. Очнувшись, они видели себя снова на земле в обществе своего наставника, который объяснял, что тело их. оставалось на земле, а дух уносился в рай и там предвкушал блаженство, которое ждет всех, жертвующих своею жизнью для святого дела и повинующихся своим начальникам. С тех пор одураченные юноши жадно искали случая пожертвовать своею земною жизнью, чтобы заслужить вечное небесное блаженство. Внешним отличительным знаком Федави были белая одежда и красные шапка и пояс — цвета невинности и крови.

О фанатичности Федави и о безграничной власти над ними их властелина свидетельствует следующий пример: Султан Сельджуков Мелик-шах отправил к «Старцу с горы» своего посла с предложением очистить крепости, занятые воинственною сектою. Вместо ответа глава секты приказал двум Федави, своим телохранителям, немедленно покончить жизнь самоубийством. Когда один из юношей без колебания поразил себя кинжалом, мертвым упал к ногам повелителя, а другой бросился с высокой башни в глубочайшую пропасть, ужасный «Старец с горы» сказал испуганному послу: «Передай своему господину все, что ты видел, и скажи ему, что я повелеваю 70 тысячами человек, которые повинуются мне столь же беспрекословно, как эти юноши. Вот мой ответ».

Имея в своем распоряжении армию фанатиков, слепо повинующихся своим руководителям, секта убийц в короткое время завладела многими важными укреплениями и городами в Сирии и Персии. Управляемые своим ужасным

«Старцем с горы», укрывавшимся в неприступной горной крепости Аламут, в Персии, Ассассины наводили ужас на всю Азию. Ни один человек, начиная с могущественного монарха и кончая простым землепашцем, не мог спастись от смертоносного кинжала фанатиков, если руководители секты произнесли над ним смертный приговор.

Страх перед сектою в Сирии и Персии дошел до того, что многие властители, чтобы оградить себя от опасности, входили в тайное соглашение с предводителями убийц и не только уступали им важные пункты в своих владениях, но предоставляли пользоваться доходами с целых областей.

Секте убийц был нанесен сильный удар в 1250 году монгольским ханом Гулагу, который разрушил ее укрепления и, взяв в плен «Старца с горы», приказал его казнить. Затем в 1394 году мировой завоеватель Тамерлан уничтожил большую часть этих сектантов.

Однако, остатки секты и до сих пор еще существуют в диких ущельях Ливана, питая надежду восстановить когда-нибудь свое владычество.

Секта убийц, расцвет которой совпал с Крестовыми походами, причинила не мало бедствий и христианам, так как смертоносный кинжал ее Крестовыми походами, причинила не мало бедствий и христианам, так как смертоносный кинжал ее не щадил никого. Но рука убийц и разбойников принесла